5. Действия сотрудников органов внутренних дел,
            связанные с покушением на хищение денежных
           средств в особо крупном размере, совершенные
             путем обмана, обоснованно квалифицированы
                по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ

                   Определение Судебной коллегии
               по уголовным делам Верховного Суда РФ
                 от 13 апреля 2011 г. N 49-О11-33С

                           (Извлечение)


     По  приговору   Верховного  Суда  Республики  Башкортостан  от
28 декабря  2010  г.  Д. и З. осуждены каждый по  ч. 3 ст. 30, ч. 4
ст. 159 УК РФ.
     Д.  и  З.  признаны  виновными  в том, что они, используя свое
служебное  положение  сотрудников  органов  внутренних  дел,  путем
обмана  покушались  на  хищение  денежных  средств  в особо крупном
размере в сумме 2 млн. рублей.
     Преступление совершено при следующих обстоятельствах.
     20  августа 2009 г. с целью проверки оперативной информации об
уклонении   от   уплаты  налогов  директором  ООО  Е.  сотрудниками
оперативно-розыскной  части криминальной милиции по линии налоговых
преступлений  N  1  при  МВД  по  Республике Башкортостан проведено
обследование      помещений      и     изъятие     документов     о
финансово-хозяйственной деятельности данного юридического лица.
     Директор  ООО  Е.  обратился  к  В.  с  просьбой о возможности
прекращения   данной  проверки  без  привлечения  его  к  уголовной
ответственности  и возврата изъятых документов. В., в свою очередь,
обратился    к    Д.,    который    занимал    должность   старшего
оперуполномоченного  оперативно-розыскного  отдела  по  выявлению и
пресечению   налоговых   преступлений,   правонарушений   в   сфере
производства   и   оборота   алкогольной,   табачной   продукции  и
предпринимательской    деятельности    оперативно-розыскной   части
криминальной  милиции  по  линии налоговых преступлений N 1 при МВД
по Республике Башкортостан.
     Впоследствии   Д.  сообщил  о  своем  разговоре  З.,  который,
являясь  заместителем  начальника  оперативно-розыскного  отдела по
выявлению  и  пресечению  налоговых  преступлений, правонарушений в
сфере  производства  и  оборота  алкогольной,  табачной продукции и
предпринимательской    деятельности    оперативно-розыскной   части
криминальной  милиции  по  линии налоговых преступлений N 1 при МВД
по  Республике  Башкортостан,  владел соответствующей информацией о
проводимой проверке в отношении директора Е.
     Д.  и  З.,  достоверно зная о проведении в отношении директора
Е.   проверочных   мероприятий   со   стороны   оперуполномоченного
оперативно-розыскного  отдела  М.  и  сознавая,  что  в силу своего
должностного  положения  они  не могут повлиять на принятие решения
по   результатам   данной  проверки,  путем  обмана  и  введения  в
заблуждение  договорились  о  совершении хищения у Е. денег в особо
крупном  размере  в  сумме  2 млн. рублей. Реализуя совместный с З.
умысел  на  хищение  у  Е. денег, Д. получил от последнего деньги в
сумме  1450  тыс. рублей и разделил их с З. При этом ни Д., ни З. в
действительности   не  принимали  и  не  могли  принять  каких-либо
действий для прекращения проверки в отношении Е.
     27  января  2010  г. Д. и З. встретились с Е. и потребовали от
него   передачи   оставшейся  суммы  в  размере  550  тыс.  рублей,
мотивировав   требование  тем,  что  в  случае  отказа  проверка  в
отношении     Е.     будет     продолжена     и     документы     о
финансово-хозяйственной деятельности возвращены не будут.
     На  этот момент Д. в соответствии с приказом занимал должность
инспектора   отделения   по   борьбе  с  правонарушениями  в  сфере
потребительского     рынка     и    исполнению    административного
законодательства,  а  З.  - должность заместителя командира роты по
кадровой    и    воспитательной    работе    батальона   Управления
вневедомственной охраны.
     В  силу  занимаемого должностного положения к этому времени Д.
и  З.  в  полном  объеме  утратили  возможность  контролировать ход
проведения  проверки  в  отношении  Е. и не могли способствовать ее
прекращению  и  возврату  изъятых  документов. Однако Е., введенный
осужденными   в   заблуждение,   продолжал   воспринимать   их  как
сотрудников  оперативно-розыскной  части  криминальной  милиции  по
линии налоговых преступлений.
     Д.  продолжал  неоднократно  встречаться  с  Е. и требовать от
последнего  передачи  ему и З. оставшейся части денег в размере 550
тыс. рублей.
     1  июня  2010  г. Е.  обратился  в правоохранительные органы с
заявлением  о  вымогательстве  у него денег со стороны Д. и З., и в
этот  же  день  после  получения  от  Е.  денег  Д.  был задержан с
поличным.
     Осужденные  и их адвокаты в своих кассационных жалобах просили
об  отмене  приговора,  указывая на то, что выводы суда в приговоре
не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.
     Судебная  коллегия  по  уголовным  делам  Верховного  Суда  РФ
13 апреля 2011 г.  оставила жалобы  осужденных  и их защитников без
удовлетворения по следующим основаниям.
     Согласно  показаниям  потерпевшего  Е.  в  августе  2009 г. он
узнал   о   том,   что   сотрудниками   управления   по   налоговым
преступлениям  была  изъята  хозяйственная документация, касающаяся
деятельности   его   предприятия   и  необходимая  для  продолжения
нормальной  работы.  Он  обратился  к  своему знакомому В., который
пообещал  через сотрудника управления по налоговым преступлениям Д.
все  узнать  и  помочь.  Через  некоторое  время В. сообщил, что Д.
обещал  помочь  в  решении вопроса о прекращении налоговой проверки
за  2  млн.  рублей,  с чем Е. согласился. После этого он несколько
раз  вручал  В.  деньги,  всего  на  общую  сумму 1450 тыс. рублей.
Однако  проверка  не  прекращалась,  а  Д.  требовал  выплаты  всей
обещанной  суммы.  В  мае  2010  г.  Д.  показал ему справку о ходе
проверки,   якобы   свидетельствующую   о  возможном  благоприятном
исходе,  но  проверка  тем  не менее продолжалась, в связи с чем он
обратился   в  управление  собственной  безопасности  с  заявлением
относительно  действий  Д.  и З. и 1 июня 2010 г. уже под контролем
сотрудников милиции он передал Д. деньги.
     О   виновности  Д.  и  З.  в  совершении  инкриминируемого  им
преступления  свидетельствуют  также  показания,  данные  Д. в ходе
предварительного  следствия, в которых он не отрицал факт получения
от Е. денег.
     Вина   Д.   и  З.  подтверждена  показаниями  свидетеля  В.  и
материалами    оперативно-розыскного    мероприятия    "оперативный
эксперимент",  а  также другими исследованными в судебном заседании
доказательствами.
     При  таких данных суд обоснованно квалифицировал действия Д. и
З. по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ.
     Занимаемые  осужденными  должности  в  органах внутренних дел,
как   в  момент  заключения  договоренности  с  Е.  об  обеспечении
прекращения  проверки  за  денежное вознаграждение в размере 2 млн.
рублей,  так  и  в  последующий  период  получения  от потерпевшего
денег, не позволяли им самим решить вопрос с выгодой для Е.
     Несмотря  на  это  осужденные, не сообщая потерпевшему о своих
реальных  возможностях  и  не ставя его в известность о переходе их
из   оперативно-розыскной   части  криминальной  милиции  по  линии
налоговых  преступлений  на  службу  в другие подразделения органов
внутренних  дел,  продолжали  настаивать,  используя свое служебное
положение  сотрудников  органов внутренних дел, на выплате им денег
за   положительный   результат   проверки,  намереваясь  тем  самым
совершить хищение чужого имущества путем обмана.
     В  связи с изменениями, внесенными в УК РФ Федеральным законом
от  7  марта  2011  г.  N  26-ФЗ,  и в соответствии со ст. 10 УК РФ
Судебная  коллегия  переквалифицировала  действия  Д. и З.  с  ч. 3
ст. 30,  ч. 4 ст. 159 УК РФ (в ред. от 27 декабря 2009 г. N 377-ФЗ)
на ч. 3  ст. 30,  ч. 4  ст.  159 УК РФ (в ред. от  7 марта  2011 г.
N 26-ФЗ) и смягчила назначенное осужденным наказание.


                           ____________