3. Суд обоснованно признал лицо вменяемым
                во время совершения им преступления

                       (И з в л е ч е н и е)


     Верховный Суд  Республики Татарстан 15 февраля 1996 г.  осудил
Шитькова по ч. 2 ст. 206 и ст. 103 УК РСФСР.
     Он признан   виновным  в  злостном  хулиганстве  и  умышленном
убийстве своей бывшей жены - Шитьковой.
     В судебном  заседании  Шитьков свою вину не признал,  показав,
что событий, связанных с убийством бывшей жены, не помнит.
     В кассационной  жалобе  Шитьков повторил свои доводы,  которые
приводил в судебном заседании. По его словам, убийство совершено им
в  состоянии  сильного  душевного волнения.  Он просил о проведении
повторной судебно-психиатрической  экспертизы  и  помещении  его  в
лечебное учреждение.
     Судебная коллегия по уголовным делам  Верховного  Суда  РФ  18
июля   1996   г.  приговор  суда  оставила  без  изменения,  указав
следующее.
     Объяснения Шитькова  о  том,  что  он  не совершал хулиганских
действий,  опровергнуты  в  судебном  заседании   его   дочерью   -
потерпевшей Шитьковой Н.,  сообщившей, что во второй половине марта
1995 г.  Шитьков в состоянии алкогольного опьянения требовал у  нее
деньги,  бил,  угрожал разбить посуду, ножом порезал пальто матери.
Они с сестрой вынуждены были занять деньги и отдать ему.
     Вторая дочь Шитькова - свидетель Шитькова М. рассказала, что 9

апреля 1995 г.  она и мать лежали вместе в  кровати.  Когда  пришел
отец,  то между ними произошел скандал, во время которого он стащил
мать с кровати на пол.  Увидев у  матери  кровь,  она  выбежала  из
квартиры за помощью.  Вернувшись с соседом Алексеевым, застала отца
с ножом в руке. Он сказал, что убил жену.
     Как пояснил свидетель Алексеев, 9 апреля 1995 г. около 22 час.
в квартире  Шитьковых  он  увидел  лежащую  в  луже  крови  соседку
Шитькову Л.  Тут же находился Шитьков. Он был спокоен и сказал, что
вызвал "скорую помощь".  Прибывший в квартиру медицинский  работник
констатировал смерть потерпевшей.
     Показания свидетелей согласуются с  данными,  содержащимися  в
протоколе   осмотра   места   происшествия.   Согласно   заключению
судебно-медицинского эксперта,  смерть  потерпевшей  наступила   от
колото-резаного ранения шеи.
     Доводы кассационной  жалобы  осужденного  о  том,  что  он  не
совершал преступлений,  несостоятельны,  поскольку они опровергнуты
приведенными доказательствами.
     Органами следствия  была  проведена  амбулаторная,  а  судом -
стационарная судебно-психиатрическая экспертиза,  и эксперты пришли
к  выводу,  что у Шитькова обнаруживаются последствия органического
поражения центральной нервной системы,  не исключающего способности
отдавать   отчет   своим  действиям  и  руководить  ими.  Во  время
инкриминируемых ему деяний он  имел  те  же  отклонения  психики  и
находился   в  состоянии  простого  алкогольного  опьянения.  После
совершения правонарушения у Шитькова был реактивный психоз, который
полностью прошел. В содеянном его следует признать вменяемым.
     Эти заключения были исследованы в  судебном  заседании,  и  их
обоснованность  сомнений  у  суда  не  вызвала,  а  поэтому доводы,
изложенные  в  кассационной  жалобе  о   необходимости   проведения
повторной судебно-психиатрической экспертизы, несостоятельны.
     Необоснованны также доводы Шитькова о совершении им убийства в

состоянии сильного душевного волнения,  поскольку установлено,  что
убийство совершено во время ссоры  между  Шитьковым  и  его  бывшей
женой.
     При таких обстоятельствах оснований  для  изменения  приговора
нет.


                           ____________