2. Суд обоснованно признал убийство
                  совершенным в состоянии аффекта

                       (И з в л е ч е н и е)


     Органами следствия  Лигновскому  было  предъявлено обвинение в
преступлениях,  предусмотренных п. "г" ст. 102, ст. 15 и п. "з" ст.
102 УК РСФСР.
     Курганским областным  судом  14  октября  1996  г.  Лигновский
осужден к лишению свободы по ст.ст. 15, 104 и ст. 104 УК РСФСР.
     Он признан виновным в умышленном  убийстве  жены  в  состоянии
сильного  душевного  волнения  и в покушении на умышленное убийство
Талалаева в состоянии сильного душевного волнения.
     В кассационном  протесте  прокурор  области поставил вопрос об
отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение в связи с
необоснованной квалификацией судом действий Лигновского по ст. 104,
ст.ст. 15, 104 УК РСФСР.
     По мнению прокурора,  доказано,  что Лигновский,  подозревая в
измене,  из ревности решил убить жену и ее  знакомого.  Для  этого,
взломав дверь,  проник в квартиру, застав их там, убил Лигновскую и
покушался на убийство Талалаева.
     В подтверждение  этих  доводов  прокурор  сослался на то,  что
Лигновская  намерена  была  расторгнуть  брак,  поскольку  он   уже
распался;  муж  знал,  что  у нее есть другой мужчина,  и при таких
обстоятельствах нахождение жены в квартире с Талалаевым не было для
Лигновского  неожиданностью  и  не  могло  вызвать  у  него сильное

душевное волнение.
     Потерпевшая Полыгалова   -   мать   погибшей   также   считала
неправильной переквалификацию действий Лигновского.
     Потерпевший Талалаев  утверждал,  что  Лигновский  ворвался  в
квартиру с намерением убить свою жену и его, он не мог находиться в
состоянии сильного душевного волнения.  Потерпевший просил приговор
отменить и назначить Лигновскому более строгое наказание.
     В возражении  на протест прокурора адвокат указал,  что выводы
суда соответствовали фактическим  обстоятельствам  дела,  и  просил
оставить протест без удовлетворения.
     Судебная коллегия по уголовным  делам  Верховного  Суда  РФ  9
января 1997 г.  протест прокурора и жалобы потерпевших оставила без
удовлетворения, указав следующее.
     Вина Лигновского   в   совершении   преступлений   установлена
исследованными в судебном  заседании  и  приведенными  в  приговоре
доказательствами,   объяснениями  самого  Лигновского,  показаниями
свидетелей,     заключением    судебно-медицинской      экспертизы,
вещественными и другими доказательствами.
     Доводы протеста о  том,  что  суд  неправильно  квалифицировал
действия Лигновского, несостоятельны.
     Указанные в  протесте  прокурора  обстоятельства  дела   могли
свидетельствовать  о  возможности  возникновения сильного душевного
волнения у Лигновского при совершении преступления.
     Как видно  из  материалов дела,  Лигновские состояли в браке с
1978 по 1991 год,  имели общего ребенка.  11 августа 1995 г.  вновь
вступили в брак, совместно вели хозяйство, намеревались всей семьей
уехать  в  Германию.  Поэтому  проникновение  не   имевшего   ключа
Лигновского в квартиру путем взлома двери подтверждало правильность
выводов суда о том, что увиденное им (полуобнаженная жена и лежащий
в  постели  мужчина)  привело  его  в состояние внезапно возникшего
сильного душевного волнения,  под воздействием  которого  он  начал

наносить  зубилом (которым открывал дверь) удары вначале Талалаеву,
а затем и жене.
     Как правильно   указал   суд,  доводы  прокурора  о  том,  что
Лигновский проник в квартиру с заранее обдуманным намерением  убить
жену   и   ее   любовника,  не  подтверждены  исследованными  судом
доказательствами и являются предположением, а показания Лигновского
об обстоятельствах дела ничем не опровергнуты.
     В протесте  прокурора  и  в  жалобах  потерпевших   также   не
приведено  доводов,  опровергающих  выводы суда,  который правильно
квалифицировал действия Лигновского по  закону,  действовавшему  во
время совершения преступления.
     Однако приговор подлежит  изменению  в  соответствии  с  новым
Уголовным кодексом,  введенным в действие с 1 января 1997 г., т. е.
действия Лигновского следует квалифицировать по ч. 1 ст. 107 и ч. 3
ст.  30, ч. 1 ст. 107 УК РФ со снижением назначенного ему наказания
в соответствии с санкцией нового уголовного закона.


                           ____________