1. При уступке прав требования из кредитного договора, в отношении споров из которого было заключено пророгационное соглашение, последнее сохраняет свою юридическую силу для должника и нового кредитора.

2. Иск банка о признании сделки по зачету недействительной заявлен в связи с осуществляемой в Литовской Республике процедурой банкротства этого банка, поскольку на момент подачи заявления компании зачете встречных однородных требований в отношении названного банка правлением Банка Литвы был введен мораторий и аннулирована лицензия на ведение банковской деятельности (ограничение правоспособности банка).

С учетом указанных обстоятельств суды должны были оценить допустимость и действительность оспариваемого зачета исходя из положений ст. 1202 ГК РФ и норм права государства, в котором осуществляется процедура банкротства (lex concursus) банка.

3. Судами не дана надлежащая правовая оценка доводам истца о недействительности совершенной Сберкред Банком по договору цессии от уступки компании права требования задолженности по договору о корреспондентских отношениях с учетом ст. 1216 ГК РФ и имеющегося в этом договоре пророгационного соглашения о применении к корреспондентским отношениям сторон норм литовского права. Суды не учли наличие между данными банками дополнительных правоотношений по договору финансового обеспечения, где залогодателем денежных средств выступал правопредшественник Сберкред Банка, а залогодержателем – банк СНОРАС, а сами денежные средства в согласованном сторонами размере, размещенные на корреспондентском счете, являлись финансовым залогом, и право требования на эти средства не могло быть уступлено без письменного согласия истца.