1. Суды согласились с квалификацией заявленного управляющей компанией требования как виндикационного, однако отказали в его удовлетворении. При этом основанием для такого отказа послужили не положения ст. 302 ГК РФ, не вывод судов о том, что у истца при указанных обстоятельствах вообще отсутствует право на использование данного способа защиты, и не установленный судом пропуск срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении виндикационного иска собственника, защищающего свое вещное право на принадлежащий ему спорный объект в отношениях с лицом, которое, зная собственника данного объекта, получило объект во временное владение и пользование от лица, таковым не являющегося, хотя и получившего этот объект от самого собственника, суды сослались на ст. 10 ГК РФ, усмотрев в действиях истца злоупотребление правами.

Закон разрешает суду в качестве санкции за заведомо недобросовестное поведение или злоупотребление в иных формах субъективным правом отказать в защите данного права.

Однако управляющая компания, заявляя в арбитражный суд настоящее требование, обращалась за защитой вещного права – права собственности. Установив наличие этого права, на защиту которого было направлено виндикационное требование истца, и отказав в его удовлетворении со ссылкой на ст. 10 ГК РФ, то есть по основаниям, отличным от предусмотренных правилами ГК РФ для такого рода требований, суды не учли, что тем самым они не просто отказали истцу в защите его права, а по существу лишили собственника объекта недвижимого имущества возможности вернуть владение и пользование спорным объектом, то есть лишили собственника соответствующих вещных правомочий.

Отказав управляющей компании в удовлетворении виндикационного требования и сохранив право владеть и пользоваться спорным объектом за ответчиком, суды не определили на будущее ни характер взаимоотношений между собственником объекта и его владельцем, ни судьбу спорного объекта, а также не учли правовых последствий такого решения, принимая во внимание положения п. 2 части 1 ст. 150 АПК РФ, положения ст. 234, 301 и 302 ГК РФ, разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав». Соответствующим правовым последствием принятых судебных актов явилось то, что, отказав управляющей компании в удовлетворении заявленного требования, направленного на защиту вещного права, со ссылкой на ст. 10 ГК РФ, суды по существу признали за ответчиком неограниченное по времени право владеть и пользоваться чужим объектом в отсутствие какого-либо основания для такого владения и пользования.

Ответчик как собственник размещенного в объекте оборудования, получая спорный объект во временное владение и пользование по краткосрочному договору субаренды, пусть и признанному судом впоследствии недействительным, не могло не понимать, какие последствия, предусмотренные нормами ГК РФ и условиями договора, повлечет прекращение действия этого договора, и не могло рассчитывать на безоговорочное и безусловное сохранение за собой владения и пользования спорным объектом.

Таким образом, оспариваемые судебные акты не учитывают нормы статей 301 и 302 Гражданского кодекса, в силу которых собственник здания имеет право истребовать его у незаконного владельца, и то обстоятельство, что в данном здании находится принадлежащее незаконному владельцу оборудование, которое при его установке было прочно соединено с этим зданием и которое имеет значительную ценность, само по себе не может служить основанием для лишения собственника прав в отношении принадлежащего ему имущества и наделения этими правами незаконного владельца и не может служить основанием для отказа в удовлетворении виндикационного требования собственника здания. При виндикации здания к соответствующим отношениям между собственником здания и собственником оборудования подлежат применению правила ст. 303 ГК РФ.

2. Как установлено судами и следует из материалов дела, спорный объект был введен в эксплуатацию в 1972 году в составе производственного комплекса пивоваренного завода совместно с установленным в нем технологическим оборудованием. Спорный объект и производственно-технологическое оборудование с момента ввода в эксплуатацию использовались по единому назначению. Кроме того, заключением эксперта подтверждено, что без причинения вреда как оборудованию, так и зданию, в котором оно размещено, извлечение оборудования невозможно.

В данном конкретном случае спорный объект был изначально создан не как простое соединение отдельных объектов – здания и оборудования – сохраняющих и после такого соединения статус самостоятельных объектов оборота, а как единая вещь, части которой после их соединения не могут рассматриваться как самостоятельные вещи.

Установив данные обстоятельства, суды тем не менее не дали квалификации спорному объекту и оборудованию как неделимой вещи.

Ст. 133 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 02.07.2013 № 142-ФЗ) предусмотрено, что вещь, раздел которой в натуре невозможен без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения и которая выступает в обороте как единый объект вещных прав, является неделимой вещью и в том случае, если она имеет составные части. Замена одних составных частей неделимой вещи другими составными частями не влечет возникновения иной вещи, если при этом существенные свойства вещи сохраняются. Отношения по поводу долей в праве собственности на неделимую вещь регулируются правилами гл. 16, ст. 1168 ГК РФ.

Исходя из фактических обстоятельств строительства и эксплуатации пивоваренного завода с учетом названной нормы, несмотря на формальное существование двух собственников – собственника здания и собственника оборудования, отношения между этими лицами могут быть квалифицированы как отношения между сособственниками неделимой вещи, между которыми сложился определенный порядок пользования этой вещью, попыткой оформления которого могут быть признаны подписанные ими договоры аренды и субаренды.

3. Истец и ответчик вправе использовать предусмотренные законом способы защиты своих прав на спорный неделимый объект в том числе и в отношениях между собой, в частности они не лишены права требовать признания общей долевой собственности на данный неделимый объект, определения размера принадлежащих им долей в праве собственности на него и внесения соответствующих изменений в ЕГРП, а также определения порядка владения, пользования и распоряжения этим объектом.